Нефть и воля: как бывший госменеджер построил новую бизнес-империю

[xfvalue_newspict]
Нефть и воля: как бывший госменеджер построил новую бизнес-империю
Эдуард Худайнатов успешно строит бизнес «на вольных хлебах» Предшественника Игоря Сечина на посту президента «Роснефти» Эдуарда Худайнатова критики нередко называют проводником чужой воли. Это не мешает расти его бизнесу

Конец 2009 года, пасмурная Рига. «Стою на улице и вдруг вижу, как в офис Parex banka заходит первый вице-президент «Роснефти» Эдуард Худайнатов. Неожиданно было встретить на входе в такой банк менеджера госкомпании», — рассказывает один из его знакомых. Встреча в банке, только что перешедшем под контроль латвийского государства, была чрезвычайно важна для Худайнатова: ему предстоял непростой разговор с председателем правления Нилсом Мелнгайлисом, в ходе которого решалась судьба кредита компании «Североргсинтез», в бизнесе которой он участвовал.

Спустя год Худайнатов стал президентом «Роснефти», а после президентских выборов 2012 года уступил свой пост Игорю Сечину, решив заняться собственным бизнесом — «Независимой нефтегазовой компанией» (ННК). «Она возникла практически из ниоткуда, скупая не добывающие пока компании с большими предварительными запасами», — удивляется аналитик «Уралсиб Кэпитал» Алексей Кокин. Только последнюю сделку, покупку Alliance Oil у семьи Бажаевых, аналитики оценили в $3,5 млрд (она завершилась в сентябре 2014 года).

Откуда взялся новый нефтяной генерал? «Для меня это одна из гримас нынешнего времени и один из неразрешенных вопросов,— признается в разговоре с журналистом Forbes один из бывших коллег Худайнатова. — Он был известен как наемный топ-менеджер и вдруг в одно мгновение становится собственником, да еще и с миллиардами в кармане».

Владельцы облигаций «Альянса», познакомившись с Худайнатовым, шутили, что он «образец позднего Сечина», вспоминает очевидец событий. «Да нет, Худайнатов — абсолютно самостоятельная фигура», — возражает человек, близкий к ННК. «Он вырос из бизнеса нулевых, выбрался за счет умения строить отношения с властью», — считает один из бывших коллег Худайнатова. Так кто он, восходящая звезда нефтяного рынка или еще один исполнитель поручений власти?

Человек с лопатой

Осень 2003 года. Сорокатрехлетний Эдуард Худайнатов летит бизнес-классом из Петербурга в Москву. «Мы встретились в самолете», — вспоминает бывший заместитель председателя правления «Газпрома» Александр Рязанов. Это была не первая встреча бизнесменов. Познакомились они несколькими годами ранее, когда оба были депутатами Тюменской областной думы. Рязанов, в те годы гендиректор Сургутского ГПЗ, избрался от Сургута, Худайнатов — от Нефтеюганска, где работал руководителем администрации поселка Пойковский. Их пути разошлись в 2000 году. Рязанов стал депутатом Госдумы, а Худайнатов возглавил во время президентских выборов штаб Владимира Путина в Нефтеюганске.

Однако встреча в самолете сильно изменила судьбу Худайнатова. Рязанов, тогда уже заместитель нового председателя правления «Газпрома» Алексея Миллера, летел в командировку. «Чем занимаешься?» — поинтересовался он у Худайнатова. Тот рассказал старому знакомому, что после выборов президента в 2000 году стал главным федеральным инспектором аппарата полномочного представителя президента в Северо-Западном федеральном округе по Ненецкому автономному округу, живет и работает в Санкт-Петербурге. Рязанов понял, что собеседнику государственная работа не по душе. «Я говорю ему: «Хорошо, давай приходи [в «Газпром»], давай попробуем», — вспоминает Рязанов. Он хотел поручить Худайнатову проект освоения Южно-Русского месторождения.

Один из крупнейших газоносных участков страны (запасы по категории АВС1 — 833,5 млрд куб. м) должен был стать ресурсной базой для «Северного потока» — газопровода по дну Балтийского моря, ведущего в Европу. Крупнейший строительный проект того времени выполнял в числе прочего геополитические задачи — газ должен был пойти в обход строптивой Украины.

Худайнатов не был специалистом по добыче газа, но Рязанову нужен был человек, который сможет подготовить месторождение к промышленному освоению. «В данном случае я не ошибся, надо отдать Худайнатову должное, — вспоминает Рязанов. — Это человек, которого можно на Луне с лопатой высадить, вернуться через полгода и обнаружить сад».

Худайнатов готов «работать 24 часа в сутки», описывает бывшего коллегу один из собеседников Forbes.

В 1996 году по поручению губернатора Ханты-Мансийского автономного округа Александра Филипенко Худайнатов занимался благоустройством поселка Пойковский. Он построил поселок практически с нуля: провел в нем коммуникации, построил храм, яхт-клуб для детей, рассказывает знакомый Худайнатова. «Первое, что он сделал в Пойковском, — вывез все гаражи и благоустроил улицы. Завез грунт, посадил траву и деревья. Заасфальтировал дороги, сделал тротуары. Все, что из себя сейчас представляет поселок, сделал он», — рассказывает житель поселка Рустам Галимов. Сейчас инициативная группа жителей поселка хочет подать в комиссию по топонимике заявку на название одной из улиц именем Худайнатова.

Впрочем, способности Худайнатова были очевидны не для всех: на этапе утверждения его кандидатуры на пост гендиректора «Севернефтегазпрома» (оператор Южно-Русского месторождения) возникли сложности, говорят двое бывших коллег Худайнатова по «Газпрому». По внутрикорпоративной процедуре такое назначение должен был визировать заместитель председателя правления Александр Ананенков, курировавший производственный блок и инвестиционную программу холдинга. «Ананенков был категорически против Худайнатова. Но Рязанов при поддержке другого зампреда, Юрия Комарова (отвечал за экспортную политику. — Forbes), это назначение продавил», — поясняет один из собеседников. Сам Рязанов вспоминает, что Худайнатов ходил на прием к Алексею Миллеру и произвел неплохое впечатление: говорил, что играет на гитаре и поет. Позже Миллер якобы, смеясь, сказал Рязанову: «Веселый парень, хороший. Считаешь нужным — давай». И подписал документ о его назначении. Но Ананенков этот инцидент не забыл.

Едва получив назначение, Худайнатов сразу же оказался на грани увольнения — после неудачного выступления на балансовой комиссии «Газпрома», ежегодном аттестационном мероприятии для руководителей дочерних предприятий концерна. Куратором комиссии был Ананенков. «На совещаниях в «Газпроме» веди себя степенно и сдержанно, докладывай спокойно и размеренно, а потом отвечай на вопросы — их нужно предугадать и заранее подготовиться», — учил Худайнатова Рязанов. Но тот «в меру своего взрывного характера» буквально за три минуты все доложил. «И, как я

Нефть и воля: как бывший госменеджер построил новую бизнес-империю
понимаю, наступила гробовая тишина. И они начали его долбить, и долбить очень сильно. В балансовой комиссии человек 40–50 народу», — рассказывает Рязанов со слов очевидцев. «Он пришел, как барин. На вопросы реагировал с удивлением и пытался их переадресовать подчиненным, не осознавая, что нужно владеть деталями, знать, что, собственно, происходит в компании, и быть в состоянии хотя бы раз в год об этом рассказать», — вспоминает бывший коллега Худайнатова, побывавший на комиссии. Больше всех вопросов задавала руководитель департамента перспективного развития Влада Русакова.

Рязанов узнал, что комиссия решила поставить его протеже неудовлетворительную оценку, за что в «Газпроме» обычно увольняют. «Смена генерального директора — это минус мне, потому что я его рекомендовал. Но это еще полбеды: если туда поставят человека, которого я не знаю, то проект двигаться не будет, а отвечать за него мне», — объясняет Рязанов. Поэтому ему пришлось приложить серьезные усилия, чтобы Худайнатову дали еще один шанс. Он попросил Василия Подюка, возглавлявшего департамент по добыче газа, газового конденсата и нефти, спустить ситуацию на тормозах. Худайнатов остался, но его проблемы не закончились.

На Южно-Русском была проведена только предварительная геологоразведка. Предстояло еще много работы: 3D-разведка для уточнения запасов, обустройство пунктов сбора и подготовки газа, строительство трубопроводов до магистрального газопровода и ЛЭП, социальных объектов. Но после инцидента на балансовой комиссии денег на подготовку месторождения к разработке Рязанову и Худайнатову не давали. «Даже притом что Алексей Миллер поддерживал проект», — подчеркивает Рязанов. Кредит в размере €700 млн под залог в итоге выдал Газпромбанк.

В результате Худайнатов подготовил месторождение к эксплуатации очень быстро, комментирует Forbes источник в одной из компаний-партнеров «Газпрома». Позже выяснилось, какой ценой. В 2009 году в «Газпроме» подсчитали расходы на обустройство Южно-Русского месторождения и выяснили, что в сравнении с сопоставимыми проектами затраты на подготовку к эксплуатации оказались примерно в два раза выше, рассказывает один из бывших коллег Худайнатова. Но на это закрыли глаза — сыграла роль политическая важность проекта.

С папкой в руках

После ухода Рязанова из «Газпрома» в 2006 году (по признанию его коллег, из-за чрезвычайной самостоятельности) зашаталось кресло и под Худайнатовым — его практически выдавили, вспоминает бывший коллега. В 2007 году Южно-Русское месторождение торжественно запустили в эксплуатацию, и уже с 2008 года Худайнатова практически отстранили от руководства «Севернефтегазпромом»: он лишь числился гендиректором, а его обязанности исполнял Александр Попов. Худайнатов признавался коллегам, что собирается выйти на работу в «Стройтрансгаз» — опять-таки по протекции Рязанова. Газпромбанк консолидировал контрольный пакет подрядчика и собирался менять менеджмент.

«Но вдруг Эдуарду Юрьевичу позвонил Рязанов и сказал: «Выходишь в «Роснефть», — рассказывает бывший коллега Худайнатова. По его словам, вице-премьер Игорь Сечин, возглавлявший тогда совет директоров «Роснефти», искал замену президенту компании Сергею Богданчикову. Представитель «Роснефти» пояснил, что Худайнатов был принят на должность вице-президента Богданчиковым, а в 2010 году по директиве правительства совет директоров компании назначил его президентом. «Кто-то из моих знакомых посоветовал его Игорю Ивановичу. Он, видимо, встретился с Худайнатовым, и тот ему понравился», — рассказывает Рязанов, отрицая, что рекомендовал Худайнатова непосредственно Сечину. По версии самого Худайнатова, озвученной однажды в разговоре с журналистами, Сечин заметил его после того, как он «закончил с Южно-Русским месторождением».

В «Роснефти» вице-президенту компании Эдуарду Худайнатову поручили похожий проект — подготовить к запуску Ванкорское месторождение, которое впоследствии стало базой поставок «Роснефти» в Китай. Почти одновременно с переходом в «Роснефть» Худайнатов вошел в совет директоров «Стройтрансгаза», контрольный пакет которого получил Геннадий Тимченко. У «Стройтрансгаза» был подряд от «Роснефти» на строительство участка нефтепровода Ванкор — Пурпе, и Худайнатов, отвечавший в «Роснефти» за строительство, контролировал его исполнение.

Страницы123